20:52 

Дело № 8. Тень у озера

Нюшка Дантес


"ТЕНЬ У ОЗЕРА" (ч. 1 ст. 222 - незаконное приобретение боеприпасов, ч. 2 ст. 167 - умышленное уничтожение чужого имущества путём взрыва)

На скамье подсудимых - мужчина, обвиняемый по нескольким статьям УК. Обвинение намеренно доказать, что подсудимый бросил гранату в дом человека, который обманом присвоил себе имущество его отца. Дело осложняется тем, что в ходе расследования всплывают новые доказательства против подсудимого. Какая из сторон первой доберётся до истины?

Информация к размышлению:
Судья - Юмурджакова Динара Муратовна, 35 лет. Главным достоинством своей профессии считает то, что не обязана зависеть ни от чьего мнения.
Прокурор - Уланова Лариса Михайловна, 25 лет, юрист 3 класса. Интересуется историей Великой Отечественной Войны. Несколько раз ездила в экспедиции по местам боевых действий.
Адвокат - Яркин Аскольд Владимирович, 45 лет. Ради сегодняшнего дела пожертвовал долгожданным семейным отпуском, хотя дал жене честное слово, что не будет переутомляться.
А также:
Помощница адвоката - Лосенко Марта Викторовна, 25 лет. Работает с Аскольдом Яркиным уже три года. Хорошо разбирается в ассортименте всех городских магазинов.

Июль 2009 г.

Жаркое ветреное утро. Окна в зале суда распахнуты настежь, наполняя помещение дурманящим медовым ароматом цветущих лип. Уланова в летней форме сидит на подоконнике, подставляя солнцу ещё бледное лицо. Зрителей сегодня немного - мало кому хочется в разгар лета париться в здании суда. Яркин стоит в дверях, разговаривая по телефону.

Яркин: ...Персики? Уже? Поздравляю! А Ратмирка-то как?.. Не вылезает?.. Ну, не волнуйся, я бы тоже не вылезал... Нет, извини, дорогая, никак. Ты же понимаешь - надо выручать человека... Да и съездил я уже в отпуск в этом году. Помнишь, где он закончился?.. Конечно, берегу... Ну выберусь куда-нибудь... (Смотрит на часы) Прости, Инга, не сейчас. Заседание начинается! (Проходит на своё место)
Верховцева (выходит из совещательной комнаты): Прошу всех встать! Суд идёт.

Входит Юмурджакова. На руке у неё свежая царапина, замазанная йодом, а волосы, устав бороться со шпильками, она заплела в косу.

Юмурджакова: Здравствуйте! Прошу садиться. Подлежит рассмотрению уголовное дело по обвинению Рогозина Владимира Константиновича в преступлениях, предусмотренных ч. 1 ст. 222 и ч. 2 ст. 167, то есть в незаконном приобретении боеприпасов и в умышленном уничтожении чужого имущества путём взрыва. Все свидетели здесь?
Верховцева: Да, ваша честь. О правилах поведения в суде я их предупредила.
Юмурджакова: Подсудимый, встаньте. Устанавливается ваша личность.

Подсудимый - дочерна загорелый мужчина лет 33, остриженный по-военному. Лоб его изрезали морщины, взгляд сумрачный. Он слегка заикается.

Рогозин: Рогозин Владимир К-константинович. Родился в 1977 г. Временно зарегистрирован в Озёрске, ***. К-капитан медицинской службы. Уволен в запас п-по состоянию здоровья.
Юмурджакова: Сейчас работаете?
Рогозин: Нет, ваша честь.
Юмурджакова: В браке состоите?
Рогозин: Нет.
Юмурджакова: С обвинительным заключением вовремя ознакомились?
Рогозин: Т-так точно.
Юмурджакова: В судебном заседании в качестве потерпевшего присутствует Колесников Сергей Адольфович. (Произнеся отчество, слегка поморщилась) Это вы?

Потерпевший относится к тому типу людей, которых обычно называют "скользкими личностями". Это довольно молодой человек с длинными руками, холодными голубыми глазами и несколько наигранной вежливостью в манерах.

Колесников: Сергей Адольфович Колесников, 1983 г.р. Проживаю в Озёрске, ***.
Рогозин (тихо, сквозь зубы): В м-моей квартире! (Яркин кладёт ему руку на плечо)
Юмурджакова: Работаете?
Колесников: Сейчас нет. Я ликвидировал свой бизнес. Раньше я был личным секретарём у владельца компании "Каскад", отца подсудимого, а после его смерти унаследовал фирму. (Рогозин молча бросает на него яростный взгляд)
Юмурджакова: Садитесь. Объявляется состав суда. Дело рассматривает федеральный судья Юмурджакова Динара Муратовна; государственное обвинение представляет помощник прокурора юрист 3 класса Уланова Лариса Михайловна; защищает подсудимого адвокат Яркин Аскольд Владимирович; секретарь судебного заседания Верховцева Аврора Игоревна. Будут ли отводы к составу суда? (Отводов нет. Судья разъясняет права. Ходатайств не заявлено) Суд переходит к судебному следствию. Слово имеет государственный обвинитель Уланова Лариса Михайловна.
Уланова: Спасибо, ваша честь. Подсудимый Рогозин Владимир Константинович обвиняется по ч. 1 ст. 222 и ч. 2 ст. 167, то есть в незаконном приобретении боеприпасов и в умышленном уничтожении чужого имущества путём взрыва. За три года до совершения преступления между подсудимым Рогозиным и его ныне покойным отцом произошёл конфликт, окончившийся полным разрывом отношений. Подсудимый перевёлся служить в Северную Осетию и перестал поддерживать отношения с отцом. Из-за конфликта Рогозин-отец изменил завещание в пользу своего секретаря и близкого друга Колесникова Сергея Адольфовича. По этому завещанию Колесников становился владельцем ремонтной фирмы "Каскад", загородного дома в деревне Болотное и крупной денежной суммы. Подсудимый из-за ранения с опозданием узнал о смерти отца и смог вернуться в родной город уже после того, как завещание вступило в законную силу. Узнав о том, что он фактически остался на мели, подсудимый решил опротестовать завещание и даже обратился за юридической помощью, но впоследствии ему пришла в голову мысль отомстить Колесникову, не дожидаясь законного решения суда. 21 мая Рогозин приобрёл у гражданина Селуянова, жителя деревни Болотное, трофейную гранату времён Великой Отечественной войны за 60 тысяч рублей. 24 мая, за 4 дня до назначенного судебного разбирательства, около 11 часов утра подсудимый Рогозин бросил данную гранату в окно загородного дома потерпевшего. По счастью, в доме никого не было, однако в результате взрыва потерпевшему был причинён ущерб в размере 650 тысяч рублей. Следствию удалось доказать причастность к делу подсудимого. Судебной психолого-психиатрической экспертизой Рогозин признан вменяемым. Спасибо. (Садится)
Юмурджакова: Подсудимый, встаньте. Вам понятно, в чём вас обвиняют?
Рогозин: П-понятно.
Юмурджакова: Вы признаёте себя виновным?
Рогозин: Нет, ваша честь! Я не сумасшедший. Я хотел этого м-мерзавца под суд отдать, а не...
Юмурджакова: Подсудимый, в зале суда надо выбирать выражения. Защита выскажется по поводу обвинения?
Яркин: Я поддерживаю позицию моего подзащитного. Более того, я должен был представлять его интересы по иску о признании недействительным завещания и поэтому могу сказать, что у моего доверителя и в мыслях не было никакой партизанщины.
Юмурджакова: Понятно. Подсудимый, вы готовы дать показания?
Рогозин: Да, ваша честь.
Яркин: Расскажите, как получилось, что вы с отцом потеряли друг друга из виду?
Рогозин: Это вы д-деликатничаете. Мы именно что расплевались. Это давняя история. Отец, простите уж за прямоту, всю жизнь мерил людей по себе. Он бизнесмен, я военный - какое тут понимание? Он считал меня неудачником, а я его - да что скрывать, ворюгой. Но вот когда он бросил мне в лицо, что я, блин, даже наворовать на собственную квартиру не могу - тут я не выдержал. Наговорил чёрт знает чего, собрал вещи и хлопнул дверью. Это было три года назад, когда я в военкомате служил. Пожил немного у знакомых, потом уцепился за первую возможность убраться подальше. В военный госпиталь в Осетии. Я видел там за эти годы самых разных людей и, знаете, мне никто не советовал заниматься воровством.
Яркин: А как и когда вы узнали о смерти отца?
Рогозин: В январе. Я тогда сам попал в госпиталь. Осенью наша машина попала под обстрел недалеко от грузинской границы. Я два месяца валялся в реанимации... А в январе, значит, и узнал, что отец... Позвонили всего-то через день после того, как я - эх, да что там говорить. Крепко я перед ним виноват.
Яркин: Итак, вы вернулись в родной город и выяснили...
Рогозин: ...что я, оказывается, бомж без копейки в кармане, да притом контуженный и на фиг никому не нужный. Всё, что у отца было, вот этот сукин сын Колесников себе захапал!
Колесников (с места): Вот ты тут из себя благородного строишь, а отцу стакан воды перед смертью не подал!
Рогозин: Вот уж чья бы, блин, корова мычала! (Юмурджакова стучит молотком) Мне не денег жалко, что деньги! Обидно просто, что отца моего обманула такая сволочь!
Юмурджакова: Подсудимый! Вы не на плацу, выбирайте выражения.
Яркин: И что вы предприняли?
Рогозин: Сначала я пришёл к Колесникову разбираться. Но разберись тут! Он теперь фирмач, а я никто. Даже разговаривать со мной не захотел. А я вот нутром чуял, что не по закону он всё себе отхапал! Вот, умные люди посоветовали обратиться к Аскольду Владимировичу. Он и узнал, всё, что надо. Неудивительно, что меня подставили, а то бы тебе, гад, на суде хвост прищемили!
Колесников: Ваша честь, призовите этого... дегенерата к порядку!
Юмурджакова: Подсудимый и потерпевший! (Стучит молотком) Оба хороши. В следующий раз просто оштрафую.
Уланова: Где вы находились 24 мая?
Рогозин: Я поехал к отцу на могилу. Меня никто не видел, я был один. Если вы об этом.
Уланова: Вы умеете обращаться с гранатами?
Рогозин: Учился, конечно. Но я же говорю - это не я был! У меня были совсем другие п-планы! (Снова начинает заикаться)
Уланова: Прошу обратить внимание, что алиби подсудимого подтвердить никто не может.
Яркин: По-моему, это естественно, что в такой ситуации человек стремится избежать постороннего внимания.
Уланова: Вы имеете в виду - когда совершает преступление?
Яркин: Я имею в виду - на кладбище. Вопросов пока не имею.
Уланова: У меня тоже нет вопросов.
Юмурджакова: Потерпевший, встаньте. Ваша очередь отвечать на вопросы. (Колесников живо встаёт. Судья напоминает о ложных показаниях)
Уланова: Как получилось, что у вас возникли конфликтные отношения с подсудимым?
Колесников: Я не понимаю, какие у Рогозина претензии. (Снисходительно дёргает плечом) Он сам поплатился за своё хамство и неблагодарность. (Рогозин бросает на него взгляд, которым при желании мог бы прожечь в более впечатлительном субъекте дырку) Собственно, после его демонстративной выходки я практически заменил Константину Харитоновичу сына.
Яркин: Вплоть до того, что заняли его место в завещании?
Колесников: Я не знаю, господин адвокат, с кем вы обычно имеете дело и какую шваль защищаете, но о завещании я лично думал в последнюю очередь. Я даже не знал, что Константин Харитонович его изменил.
Яркин: Как это? Вы, личный секретарь, даже, как вы говорите, почти что сын - и не знали?
Колесников: Мне кажется, он хотел сделать мне сюрприз. Знаете, есть такая восточная мудрость - "делай добро и бросай его в воду..."
Рогозин: В случае с тобой оно попало в дерьмо!

Юмурджакова стучит молотком, хотя что-то в её лице подсказывает, что она не слишком верит в искренность потерпевшего.

Уланова: Хм... Подсудимый угрожал вам?
Колесников: Ещё бы! Свалился как снег на голову в марте и с порога накинулся на меня с какими-то претензиями. Я его послал. Он не успокоился.
Уланова: А можно поподробнее - чем именно он вам угрожал?
Колесников: Сначала кричал, что по судам затаскает, а потом и вовсе обещал меня взорвать.
Рогозин: Врёшь, паскуда!
Колесников: Я даже не воспринимал его всерьёз - ну где в нашем городе бомбу достанешь? Думал, у него на этом его Кавказе после контузии крыша поехала.
Яркин: Одну минуту! Мой подзащитный угрожал именно судебным разбирательством?
Колесников: Суда я не боялся. (Высокомерно) Правда всё равно на моей стороне. (Рогозин сжимает кулаки) Но вот чего я не ожидал, что меня в собственном доме попытаются взорвать!
Уланова: Где вы находились 24 мая?
Колесников: Я ездил с друзьями на пляж, на Голубое озеро. Они все могут подтвердить. Мне туда и позвонил следователь.
Яркин: А кроме ваших друзей, вас никто не видел?
Колесников: А вам этого мало? Нас было пять человек!
Яркин: Но всё-таки... Зона отдыха, там наверняка были другие компании, работало кафе...
Колесников: В тот день мы никого не встретили. Да и потом, вы адвокат, а не знаете, что все пляжи официально открываются первого июня. А кафе работало, но мы с собой привезли воды и пива.
Яркин: А разве не удобнее было купить на месте? Из холодильника?
Колесников: Нет, знаете ли! Там цены просто сумасшедшие.
Яркин: Странно, что вы, при вашем наследстве, скупитесь на пару бутылок холодного пива... Да, что касается наследства. Меня интересует, как вы распорядились полученными средствами?
Колесников: Я решил, что бизнес - не моя стихия. Собирался продать фирму и уехать учиться за границу.
Яркин: Ваша честь, в материалах дела имеется договор купли-продажи фирмы "Каскад" некоему господину Ларцеву.
Рогозин (с места): Ларцеву? Этому бандиту? Да он же был главным конкурентом отца!
Колесников: А откуда это наш святой знает о конкуренции? Ларцев заплатил мне неплохие деньги, я согласился.
Яркин: А что вы сделали с деньгами?
Колесников: Обналичил. Я рассчитывал часть их перевести в банк за границей.
Яркин: Ваша честь, тут речь идёт не о части, а о всей сумме денег, хранившейся на счёте Колесникова - а именно 15 миллионах рублей. Кроме того, потерпевший, вы ещё и дом тот самый застраховали?
Колесников: Когда живёшь за городом, это небезопасно. Мало ли - лесные пожары, бомжи...
Яркин: Или граната, брошенная в окно. Буквально через месяц, между прочим, после заключения этого договора. Если не ошибаюсь, вам причитается 5 миллионов рублей?
Колесников: Которые по вашей милости мне никак не выплатят.
Яркин: Чем же я вам, с позволения сказать, мешаю? Хотя догадываюсь. Ваша честь, я хотел приобщить к материалам дела завещание покойного Константина Харитоновича Рогозина. Я ходатайствовал об этом ещё на предварительном следствии, вот только безуспешно. Я уже говорил, что должен был представлять интересы Рогозина по иску о признании завещания недействительным. Так вот, проведя собственное расследование, я выяснил, что завещание действительно было подделано!
Уланова: Однако оно вступило в силу... Эксперты признали подпись завещателя подлинной.
Яркин: Тут я с ними, конечно, согласен. Я хочу обратить ваше внимание на имя наследника. Экспертиза установила, что верхний слой бумаги был срезан с помощью обычного бритвенного лезвия, а затем на этом месте было аккуратно написано имя Колесникова. Причём почерк принадлежит неустановленному лицу.
Колесников: Ну так не мне же! И вообще, докажите сначала, что ваши эксперты ничего не напутали!
Яркин: Я ходатайствую о приобщении завещания и результатов экспертизы к делу.
Юмурджакова: Что скажет обвинение?
Уланова: На усмотрение суда.
Юмурджакова: Суд удовлетворяет ходатайство защиты. Вопросов больше нет? (Вопросов нет) Суд переходит к допросу свидетелей. Вызывается свидетель обвинения Селуянов.
Пристав: Свидетель Селуянов!

Входит лохматый, небритый субъект, похожий на хиппи, с мутными глазами. По виду - запойный алкоголик.

Юмурджакова: Здравствуйте, свидетель. Как вас зовут?
Селуянов: Селуянов я, Игорь Леонидович. С 75-го года. Живу в деревне Болотное, ***.
Юмурджакова: Работаете?
Селуянов: Нет.
Уланова: Ваша честь, хочу сразу предупредить, что данный свидетель промышляет так называемым "чёрным копательством", о чём свидетельствуют многочисленные заявления от соседей на имя участкового инспектора.
Селуянов: Ну, блин, дамочка, каждому жрать надо!
Юмурджакова: Так, свидетель, для начала я вас предупреждаю, что в суде положено говорить правду. А теперь отвечайте на вопросы сторон.
Уланова: Подсудимый вам знаком?
Селуянов: Знаком, а то как же. Весной он в нашу деревню приехал. А однажды ко мне зашёл, ну как мужик к мужику, с пузырём, значится - по делу.
Уланова: Какого числа это было?
Селуянов: 15 мая.
Уланова: И по какому такому делу пожаловал к вам Рогозин?
Селуянов: Ну по какому делу ко мне ходят? Когда мужикам лому железного надо. Я места знаю, где фашисты в войну много всякой всячины позакапывали.
Уланова: Да, ваша честь, в материалах дела указано, что в годы Великой Отечественной войны в районе деревни Болотное шли бои, после которых там неоднократно находили боеприпасы, в том числе и гранаты. Так какой "железный лом" понадобился подсудимому?
Селуянов: Ну, налил он мне и сказал, что надо с одним козлом разобраться. Короче, граната ему нужна, и работала чтоб.
Рогозин: Ваша честь, врёт он! Чтоб я такому уроду наливал, да ещё гранату? Да я этих "чёрных копателей" до смерти ненавижу! Давил бы, как мух! Если б вы ребят молодых, как я, по кускам собирали... (Юмурджакова стучит молотком)
Уланова: Вы выполнили просьбу подсудимого?
Селуянов: Ясен пень! Мужик сказал - мужик сделал. Через неделю, 21-го, он ко мне за гранатой и пришёл. Денег дал, не обманул. 60 тыщ целых.
Уланова: Ваша честь, разрешите предъявить вещественные доказательства? Во-первых, к делу приобщены остатки корпуса гранаты немецкого образца. Экспертиза установила, что гранаты такого типа имелись на вооружении вермахта в 1940-е годы. Данная граната пролежала в земле более 60 лет, однако она являлась действующей, и именно она стала причиной взрыва в доме потерпевшего. Кроме того, при обыске у свидетеля Селуянова в сарае нашли тайник, а в нём денежные средства в размере 58 тысяч рублей. Две тысячи, как признался свидетель, он успел пропить. (Демонстрирует пачку денег) Эти деньги вам передал Рогозин?
Селуянов: Эти. Я их в газету завернул и под порогом в сарае спрятал.
Яркин: Ваша честь, я прошу вас обратить внимание на такое несоответствие: мой подзащитный после выписки из госпиталя нигде не работает, живёт на достаточно скромную пенсию. Для человека с его уровнем дохода 60 тысяч рублей - деньги немалые.
Уланова: В конце концов, деньги можно занять...
Яркин: Но нет такой вероятности, что сердобольный заимодавец выдаст их совершенно новыми купюрами! А ведь именно такие купюры обнаружились у нашего свидетеля. И это притом, что мой подзащитный ни в какие банки за время своего нахождения в городе не обращался.
Селуянов: Моё какое дело? Мне заплатили, хочу пропью, хочу - дом построю...
Яркин: Ну, дом вы вряд ли построите, учитывая, какого рода переезд ждёт вас... Да, вам не намекали насчёт возможности скостить срок за незаконный сбыт оружия?
Селуянов: Ну, блин, мужики, я и так под подпиской, не травите хоть здесь душу!
Юмурджакова: Вопросы к свидетелю ещё есть?
Уланова: Нет, ваша честь.
Яркин: У меня также нет, но я просил бы вызвать сейчас свидетельницу Раевских.
Юмурджакова: Ну что ж, свидетель, вам душу больше никто не травит, садитесь в первом ряду. Вызывается свидетель Раевских.
Пристав: Свидетель Раевских!

Входит немолодая женщина в строгом дорогом костюме и с сумочкой из крокодиловой кожи.

Юмурджакова: Здравствуйте, свидетель. Представьтесь суду.
Раевских: Раевских Татьяна Всеволодовна, 1954 г.р. Проживаю в городе Озёрске, ***. Я генеральный директор страховой компании "Аякс".
Юмурджакова (предупреждает о ложных показаниях): Вопросы сторон.
Яркин: Разрешите, я начну? Татьяна Всеволодовна, вам знаком кто-либо в этом зале?
Раевских: Да, и подсудимого, и потерпевшего я знаю. Я дружила с отцом Володи, мы вместе учились. А Сергей у него в фирме работал.
Яркин: Потерпевший Колесников обращался в вашу фирму?
Раевских: Да, в апреле этого года. Речь шла о страховании его загородного коттеджа на очень крупную сумму - 5 миллионов рублей.
Яркин: И вас это не насторожило?
Раевских: Когда речь идёт о таких суммах, безусловно, мы очень осторожно подходим к делу. Но, во-первых, Сергей был другом и почти сыном Константина Харитоновича... Впрочем, главное, даже не это. Я так поняла, ему угрожали.
Уланова: А Колесников говорил вам, кто именно?
Раевских: Да, и это меня очень удивило. Володя Рогозин. Я бы никогда не поверила.
Яркин: А сколько прошло времени, прежде чем, как вы говорите, наступил страховой случай?
Раевских: Меньше месяца. Причём если бы случился пожар - это бы возбудило некоторое подозрение... ну, вы знаете, иногда попадаются непорядочные клиенты. Но вот такое нападение... да, я окончательно убедилась, что опасения Сергея были не беспочвенными. Теперь, собственно, осталось только дождаться конца судебного разбирательства, чтобы мы выплатили эту сумму.
Яркин (задумчиво): Которая раз в десять превышает нанесённый ущерб. Что ж. Вопросов нет.
Уланова: Вопросов нет, но свидетель подтверждает тот факт, что со стороны подсудимого имели место угрозы в адрес потерпевшего.
Юмурджакова: Спасибо за показания. Садитесь. Вызывается свидетель Коренев.
Пристав: Свидетель Коренев!

Входит крупный молодой человек с рыжеватыми волосами и курносым носом. На шее у него висит дорогой фотоаппарат.

Юмурджакова: Здравствуйте, свидетель. Представьтесь суду.
Коренев: Коренев Роман Витальевич, 1979 г.р. Проживаю в Озёрске, ***. Я архитектор.
Юмурджакова (предупреждает о ложных показаниях): Вопросы к свидетелю.
Уланова: Подсудимый и потерпевший вам знакомы?
Коренев: Серёга - мой старый друг. А подсудимого я по имени не знаю, но этот ненормальный приходил к Серёге и скандалил.
Уланова: Подсудимый высказывал какие-то угрозы?
Коренев: Ну, что-то в том смысле, что, если Серёга ему всё не вернёт, то он взлетит на воздух.
Уланова: Он точно говорил именно эти слова?
Коренев: Эти самые. Я хорошо помню. Это было где-то за две недели до преступления.
Уланова: Ваша честь, прошу обратить внимание: за две недели до преступления, по словам свидетеля, то есть в десятых числах мая, подсудимый недвусмысленно угрожает взорвать потерпевшего. Через некоторое время, а именно 15 мая, он обращается к "чёрному копателю" Селуянову и просит у него не что-нибудь, а именно гранату. 21 мая он эту гранату покупает, а через три дня и происходит преступление.
Яркин: Но ведь точно так же можно выстроить и другую последовательность: в марте вступает в силу завещание покойного Рогозина. Завещание, заметим, поддельное. В течение двух месяцев наследник, то есть Колесников, обращает всё полученное в деньги, страхует дом на крупную сумму, а когда ему угрожают, только не взрывом, а судебным разбирательством, то происходит взрыв, а следствие сразу обращает внимание на потенциального истца.
Юмурджакова: Аскольд Владимирович! У нас уже прения?
Яркин: Прошу прощения. У меня к свидетелю вопрос: где вы были 24 мая?
Коренев: Мы с утра поехали компанией на Голубое озеро - я, Серёга, Толян и две девчонки.
Яркин: Во сколько вы уехали?
Коренев: Часов в десять утра мы собрались на Серёгиной даче и поехали. Туда минут сорок на машине.
Яркин: А кто-нибудь, кроме ваших спутников, может это подтвердить?
Коренев: Да нет, мы никого не встретили.
Уланова: А к чему эти вопросы? Показания Колесникова и Коренева подтвердили их спутники, граждане... (некоторое время роется в бумагах) Чернышов, Можейко и Вяземская, протоколы допроса которых есть в материалах дела.
Яркин: Вот тоже, кстати, любопытно, почему их не вызвали в качестве свидетелей?
Уланова: А смысл? Ведь их показания в точности совпадают.
Яркин: Мне бы, уважаемый суд, хотелось бы по этому поводу рассказать вам одну историю. Один американский психолог провёл такой любопытный эксперимент. Он попросил группу студентов-юристов сходить в театр и посмотреть пьесу Шекспира "Юлий Цезарь". Как мы помним, Цезаря в этой пьесе убивают. И вот, психолог попросил участников эксперимента написать свидетельские показания об убийстве Цезаря - проще говоря, описать, что произошло на сцене. И знаете, что выяснилось по ходу эксперимента? Даже у ребят, сидевших рядом, показания нередко расходились в очень существенных деталях. А ведь они знали, что перед ними не настоящее убийство и чем всё это закончится. Что уж говорить о людях, которые проходят свидетелями по настоящим уголовным делам! Так вот, ваша честь, эксперимент этот доказывает, что случаи, когда показания совпадают между собой на сто процентов, с психологической точки зрения, простите меня, неубедительны!
Уланова: Очень интересная история, но какое она имеет отношение к делу?
Юмурджакова: Да уж, Аскольд Владимирович, вы нас совсем куда-то в Древний Рим увели.
Яркин: Пожалуйста! Вернёмся в двадцать первый век. В кризисный 2009 год, если уж быть совсем точным. Уважаемый обвинитель забыл нам сказать, кем являются данные свидетели. Гражданки Анна Можейко и Евгения Вяземская являются сотрудницами фирмы "Каскад", ныне принадлежащей господину Ларцеву. И на работу они снова были приняты по рекомендации нашего потерпевшего, причём испытательный срок на момент предварительного следствия у них ещё не истёк. А Чернышов Анатолий просто-напросто должен Колесникову крупную сумму денег.
Уланова: И, по-вашему, это достаточно веские основания для того, чтобы не доверять показаниям пяти человек?
Яркин: По крайней мере, достаточно для того, чтобы отнестись к ним критично. Вопросов к свидетелю Кореневу у меня нет, зато будет ходатайство о вызове и допросе...
Юмурджакова: Минуту. Вопросы у обвинения будут?
Уланова: Нет.
Коренев: Постойте! Ваша честь! Я забыл одну важную вещь! У меня есть доказательства того, что мы были на Голубом озере 24 мая! Это флэш-карта от моей камеры. Я думал, что потерял её, а позавчера вечером нашёл в машине. Я же всех нас фотографировал!
Юмурджакова (стучит молотком): Так, свидетель. Вы хотите предъявить суду вещественные доказательства?
Коренев: Да, вот они! (Передаёт подошедшей Верховцевой пачку фотографий)
Юмурджакова: Стороны желают ознакомиться?

Уланова и Яркин подходят к столу судьи. На фотографиях - компания молодых людей, удобно расположившихся на травянистом берегу озера. Почти на всех снимках присутствует Колесников. В углу каждой фотографии - дата, 24 мая, и время - от 11.00 до 11.40.

Уланова (с нескрываемым торжеством, совершенно для неё нетипичным): Конечно, фотографии придётся подвергнуть экспертизе...
Яркин (сухо): Безусловно. Ваша честь, я прошу объявить в заседании перерыв на три дня в связи со вновь открывшимися обстоятельствами.
Уланова: Присоединяюсь.
Юмурджакова: Свидетель Коренев, вы свободны. В заседании объявляется перерыв до четверга.

Прежде чем уйти из зала, Яркин подходит к Верховцевой.

Яркин: Аврора, тебя не затруднит... мне бы посмотреть ещё раз протокол допроса Коренева. На предварительном следствии.
Верховцева: Да, конечно. (Роется в бумагах) Вот он.
Яркин: Ага, подпись... Где-то я уже видел это "К"... Я его заберу. Надо кое-что проверить.

Через несколько минут Яркин возвращается в адвокатскую комнату. На диванчике в углу сидит Кристина Выхина - свидетель защиты, маленькая и глуповатая с виду девушка с широко расставленными глазами. Марта работает за компьютером.

Марта: Что там такое?
Яркин: Похоже, они оказались хитрее. Этот Коренев невесть откуда приволок фотографии якобы с Голубого озера. Их забрали на экспертизу.
Марта: А вдруг фотошоп?
Яркин: Не такие же они дураки. Наверняка экспертиза ничего не обнаружит. Хотя мне попадался весьма качественный монтаж, такой, что каждый пиксель с лупой подгоняли...
Марта: Но ведь у нас есть показания Выхиной...
Яркин: Вот именно, у нас показания, а у них факты. Выпускать сейчас Выхину - это... это всё равно, что стрелять подмоченным порохом! Мы выставим себя круглыми идиотами. К тому же она меняла показания в ходе следствия.
Выхина (встаёт с дивана): Значит, я не буду сегодня давать показания?
Яркин: Как видите. В деле объявлен перерыв. Сейчас моя помощница отвезёт вас...
Выхина: Но я боюсь оставаться на вашей прежней квартире! Вдруг меня там найдут?
Яркин: Ну хорошо... Значит, так, Марта: отвезёшь нашу свидетельницу на другую квартиру, а потом сделаешь экспертизу вот этой подписи. (Показывает протокол с подписью Коренева) Что-то мне это "К" напоминает.
Марта: Точно! Похоже... Обязательно проверю! (Выхиной) Пойдём.
Яркин: А я в экспертный отдел.

Проходя мимо стола, Выхина незаметно смахивает в сумочку компакт-диск с надписью "Весь Озёрск. Адреса и телефоны".



Тем же вечером....
Офис Аскольда Яркина на улице Рылеева, в самом старом районе города. Фасад трёхэтажного здания, где он размещается, не так давно отреставрировали. Внутри офис отделан вполне современно, но с лёгкой примесью художественного беспорядка. Бросаются в глаза сломанные электронные часы на полке, показывающие половину пятого, хотя, судя по всему, уже не меньше семи. Поэтому время здесь сверяют по большим стенным часам с маятником. Рядом с часами - две большие чёрно-белые фотографии хозяина офиса: на одной из них он кружит жену в белом платье, на другой снят с сыном на лыжне.
На письменном столе Яркина царит настоящий хаос. На стопке бумаг стоит стеклянная миска, полная черешневых косточек, а рядом ещё одна, всего с несколькими ягодками на дне. Яркин, устало и раздражённо жуя черешню, рассматривает злополучные фотографии в лупу. Входит Марта с двумя кружками кофе на подносе.

Яркин: Но ведь что-то на этих фотографиях не так! (Выплёвывает косточку) Это не фотошоп, вот что главное. А, спасибо. (Берёт у Марты кружку и залпом выпивает половину) У нас больше не осталось черешни?
Марта: Вы уже полтора килограмма за вечер умяли. Ну давайте завтра продолжим... Утро вечера мудренее. (Выглядывает в окно) Вон какие длинные тени...
Яркин (вскакивает из-за стола, пролив кофе на брюки): Тени! Чёрт побери, Марта, это же всё объясняет! Смотри, я ведь помню это место. Если здесь север, то свет должен в первой половине дня падать вот отсюда... А здесь наоборот...
Марта: Значит, всё сходится с показаниями Выхиной! Ура! Только... как же дата и время... Если это всё-таки не фотошоп?
Яркин: А, с этим мы разберёмся. Очень любопытный аппаратик свидетель Коренев с собой таскает, между прочим. Ты не знаешь, у нас в городе можно купить такой же?
Марта: Есть один магазинчик, сейчас телефон пробью. (Садится за компьютер) Ага, вот он.
Яркин: Так, я им позвоню. А ты запиши, пока я не забыл: нам надо купить три, нет, четыре кило черешни и побольше воды. И не забудь надеть шляпу. Завтра мы едем на Голубое озеро!
Марта: Да? Здорово!
Яркин: Ставить следственный эксперимент.

На следующее утро...
Берег Голубого озера. Нетрудно узнать то самое место с фотографий. Деревья подступают к самой воде, на ветви одного из них болтается привязанная верёвка, очевидно, бывшая составной частью тарзанки.
Наверху припаркована зелёная иномарка Яркина. Вокруг машины гоняется за бабочками любимец адвоката - чёрный доберман Рихтер. Яркин, в белых брюках, устанавливает на треножнике точно такой же, как у Коренева, фотоаппарат. Рядом, жмурясь от солнца, стоит Марта в соломенной шляпе и держит фотографию. Около 11 часов утра. Очень жарко.

Марта: Смотрите-ка, даже верёвку не отвязали.
Яркин: Тем лучше. (Чуть поворачивает треножник) Она и должна быть в кадре. Ну что, как я и думал, гипотеза подтверждается.
Марта: Хорошо, что солнце сегодня. Только жара!
Яркин: Я сильно подозреваю, нас ждёт ещё один эксперимент - сколько пройдёт времени, прежде чем мы тут не выдержим и залезем в воду.
Марта: Да хоть сейчас, главное - самим в объектив не попасть!
Яркин: Да, вот это результат будет - "адвокат и его помощница подшиты к делу"! (Смотрит на часы) Одиннадцать ноль один. Всё, снимаю!



В то же время...
Квартира на окраине города. Кристина Выхина сидит на диване и неуверенной рукой набирает номер телефона.

Выхина (неестественным шёпотом): Алло... Я знаю, что вы подделали завещание. Да-да, вы меня правильно поняли. Пятьсот тысяч. Видите, я много не прошу. Сегодня, в семь вечера, в ботаническом саду. Я вас помню. Хорошо.

Бросает трубку и в возбуждении прижимает ладони к щекам.

День судебного заседания.
Офис Яркина. Утро. Работает радио. Яркин собирает папки. Его лицо и руки покрыты свежим красноватым загаром.

Голос диктора: Криминальные новости. В городском ботаническом саду около двух часов ночи была обнаружена молодая женщина в тяжёлом состоянии. По всей вероятности, она стала жертвой нападения. С открытой черепно-мозговой травмой потерпевшая доставлена в 1-ю городскую больницу. Следствие выясняет причины нападения. Версия об ограблении уже отпала, так как при потерпевшей была обнаружена сумка с деньгами и документами на имя Выхиной Кристины Дмитриевны...
Яркин (стукнув по столу кулаком): Чёрт!
Марта (вбегает): Вы уже слышали?
Яркин: Да слышал! И чего было её прятать...
Марта: Я всё хотела спросить - вы не видели диска со справочником?
Яркин: Ты брала его на работу... ну да. В понедельник. (Пауза) Вот уж не подумал бы. (Смотрит на часы) Ладно, у нас ещё три часа. Я сейчас в больницу, а ты пробей наш телефон и мобильный Выхиной. И посмотри, где там видеозапись нашего разговора.

Три часа спустя. Зал суда.

Верховцева: Прошу всех встать! Суд идёт.

Входит Юмурджакова.

Юмурджакова: Прошу садиться. Продолжается рассмотрение уголовного дела по обвинению Рогозина Владимира Константиновича в преступлениях, предусмотренных ч. 1 ст. 222 и ч. 2 ст. 167. Суд собрался в прежнем составе. Будут ли у сторон заявления, ходатайства?
Яркин: Ваша честь, до перерыва я собирался ходатайствовать о вызове и допросе ранее не заявленного свидетеля Выхиной Кристины Дмитриевны. Это официантка пляжного кафе, расположеннного в зоне отдыха...
Уланова (с места): Ваша честь, данная свидетельница допрашивалась в ходе предварительного следствия. Однако она показала, что ничего по делу не знает.
Яркин: Между прочим, сначала она дала весьма ценные показания, однако...
Юмурджакова: Может, позовём свидетеля и выслушаем её?
Яркин: Вот это, к сожалению, невозможно. Сегодня ночью Выхина стала жертвой нападения и находится в реанимации.
Уланова: Так зачем ходатайствовать?
Яркин: Однако у меня имеется видеозапись беседы с ней на стадии предварительного расследования. Данная запись, как установлено, не подвергалась склейке и монтажу. Я ходатайствую об её просмотре и приобщении к материалам дела.
Юмурджакова: Ну, если так... Ходатайство защиты удовлетворяется. Аврора, будь добра, поставь запись.

Верховцева ставит диск. На экране - офис Яркина. За столом сидит Выхина, напротив, спиной к зрителю - Яркин. Камера сфокусирована на лице свидетельницы.

Яркин: Вам не знакомы эти люди? (Выкладывает перед Выхиной фотографии Колесникова и Коренева)
Выхина: Я видела их на следствии.
Яркин: А до этого?
Выхина: Я узнала их машину. Эта машина приезжала на пляж, где я работаю, 23 мая.
Яркин: Вы в этом точно уверены?
Выхина: Точно. Они приехали часов около двенадцати. Расположились не на пляже, а под деревьями. Я их машину хорошо запомнила - красный такой внедорожник с тигром на дверце.
Яркин: Сколько там было человек?
Выхина: Две девушки и три парня. Много пили, фотографировались. Только в наше кафе почему-то не заходили.
Яркин: Вы видели, кто фотографировал?
Выхина: Такой толстый, рыжий. Он вот на этого похож. (Показывает на фотографию Коренева)
Яркин: Уточните, пожалуйста, в какое время они там находились?
Выхина: С двенадцати и где-то до четырёх.
Яркин: Почему же на предварительном следствии вы отказались от этих показаний?
Выхина: Мне звонить начали... угрожали...
Яркин: Но вы продолжаете настаивать, что видели этих людей 23 мая, а не 24?
Выхина: Да, так и было.

Яркин (делает знак остановить запись): Ваша честь, из показаний данной свидетельницы следует, что всё-таки потерпевший и свидетель Коренев говорят неправду. Тот факт, что Выхиной на предварительном следствии угрожали, а теперь и вовсе покушались на её жизнь, говорит о том, что кому-то было нужно заставить её замолчать!
Уланова: Во-первых, неизвестно, кто и почему напал на Выхину. Во-вторых, когда свидетели меняют показания как перчатки, это само по себе подозрительно. И в-третьих, есть же фотографии, представленные свидетелем Кореневым. Кстати, экспертиза не нашла на них следов монтажа, и я прошу приобщить их к материалам дела.
Яркин: А я бы с этим не спешил. Эти любопытные фотографии заинтересовали меня настолько, что я лично побывал на месте, где они были сняты.
Юмурджакова: А, вот где вы успели так загореть... Ну что ж, мы вас слушаем.

Яркин проходит к стенду между судейским и прокурорским столом и укрепляет на нём фотографии: слева - те, что принёс Коренев, справа - свои собственные.

Яркин: Как видите, ваша честь, я сделал фотографии пляжа на Голубом озере в то же время, что указано на снимках свидетеля Коренева. Как видите, за то время, пока шло следствие - а оно завершилось в рекордные сроки - место не слишком изменилось. Даже, видите, тарзанку не доломали. Фотографии абсолютно идентичны? Да, но лишь на первый взгляд. Эксперты со своей задачей справились - доказали, что монтаж на снимках отсутствует. А вот слона, как говорится, и не приметили. Кстати, о слонах. Помнится, Козьма Прутков предостерегал: если на клетке слона прочтёшь надпись "буйвол" - не верь глазам своим. Так вот, в данном случае буйволом стала вот эта дата и точное время в углу.
Юмурджакова: Можно поближе к делу?
Яркин: С удовольствием. Обратите внимание - тень на фотографиях Коренева падает слева направо, а на тех, что я сделал в ходе следственного эксперимента (показывает) - справа налево! Причём ракурс остался прежним! А что из этого следует? Не могли эти фотографии быть сделаны в указанное время! Потому что такое положение теней может быть только во второй половине дня! Что подтверждается вот этими снимками (прикрепляет на стенд ещё несколько фотографий), которые я сделал в промежутке от 14 до 15 часов дня. Вот тут совпадение практически полное.
Уланова: А как же тогда, по-вашему, было подделано время и дата?
Яркин: Элементарно. Прогресс не стоит на месте. Я специально приобрёл точно такой же аппарат, как у свидетеля Коренева. (Возвращается к столу и берёт с него фотоаппарат) В нём есть такая полезная функция, как установка времени и даты с помощью вот этой кнопки. Ваша честь, разрешите, прямо здесь, в зале суда, провести ещё один следственный эксперимент, можно сказать, маленькое путешествие во времени.
Юмурджакова (заинтригованно): Удовлетворяется.
Яркин: Сегодня у нас 11 часов 35 минут, 23 июля 2009 года. Что и показывается на табло. Вот, я нажимаю кнопку и устанавливаю... ну что ж, пусть будет, как и на фотографиях, 24 мая, 11 часов 1 минута. (Нажимает кнопку несколько раз) Вот так. Теперь я фотографирую... ну, хотя бы стенд с вещдоками. (Поднимает фотоаппарат и снимает) А теперь я подключаю камеру к компьютеру и проецирую то, что получилось, на большой экран. (После небольшой возни с ноутбуком) Вот и всё. (На экране появляется изображение стенда с фотографиями) Вот я увеличиваю дату и время - 24 мая 2009 года, 11.01. Как видите, даже в глазах суда можно отправиться в прошлое. Или, как сделали потерпевший со свидетелем - в будущее.
Уланова: В будущее?
Яркин: Разумеется. Чтобы избежать нежелательного суда, подставить моего подзащитного, а заодно и получить солидную страховку - речь ведь идёт об очень больших деньгах. С помощью своего друга Коренева, а также трёх других свидетелей, так или иначе зависимых от него, он готовит себе алиби. 23 мая он приезжает с компанией на Голубое озеро и делает эти фотографии, настроив нужное время. Сделать их 24 мая он уже не мог, поскольку всю вторую половину дня провёл в кабинете следователя. В это время их как раз видит Выхина.
Уланова: Ну хорошо, а 24 мая?
Яркин: А об этом мне бы хотелось спросить у потерпевшего. Поэтому, ваша честь, я прошу о повторном его допросе.
Юмурджакова: Потерпевший, встаньте.
Яркин: Так когда вы фотографировались на Голубом озере?
Колесников: 24 мая. Это всё.
Яркин: Вам напомнить, что давать показания - ещё и ваша обязанность? Тогда постарайтесь объяснить, кто и почему 24 мая вытоптал клумбу у забора на дачном участке вашего соседа Смольянинова?
Колесников: А кто из рогатки стрелял, вы тоже спросите?
Яркин: Нет, вот это меня как раз не интересует. Мне хотелось бы узнать другое - каким образом на гвозде в заборе того же Смольянинова оказался вот этот клочок ваших джинсов? (Поднимает пакетик с кусочком синей ткани)
Колесников: А что, по-вашему, мне понадобилось на участке у соседа?
Яркин: Да то и понадобилось, что участок Смольянинова примыкает к лесу, и чрезвычайно удобно попасть через него к вашему коттеджу, не показываясь никому на глаза и спрятав за деревьями вашу заметную машину.
Колесников: Докажите!
Яркин: Не провоцируйте. А то ведь повторное расследование и в самом деле докажет. Я так понимаю, вы на дальнейшие вопросы отвечать не будете?
Колесников: Если вы хотите, чтобы я оговаривал себя - ищите другого придурка. (Юмурджакова стучит молотком) Такое право, кажется, у меня тоже есть?
Яркин: Да, права вы определённо знаете лучше, чем обязанности. Вопросов не имею. А этот обрывок джинсов прошу приобщить к материалам дела.
Юмурджакова: Обвинение не возражает? (Уланова качает головой) Ходатайство удовлетворяется. Колесников, садитесь. Судебное следствие объявляется оконченным. Суд переходит к судебным прениям. Слово предоставляется государственному обвинителю Улановой Ларисе Михайловне.
Уланова (не сразу): Ваша честь, изначально у меня не было никаких сомнений в виновности подсудимого Рогозина. Его ненависть к потерпевшему, его опыт обращения с оружием, отсутствие алиби - всё складывалось в чёткую картину его виновности. Но сегодня я усвоила очень важный урок: нельзя спешить, решая судьбу человека. Вновь открывшиеся обстоятельства, которые якобы должны были укрепить позицию обвинения, на самом деле её расшатали. Поэтому я отказываюсь от обвинения по обоим пунктам и прошу вернуть дело на доследование в прокуратуру. Спасибо.
Юмурджакова: Что ж. Потерпевший, вы имеете право выступить с репликой.
Колесников: Это что значит - отказ от обвинения? Вам что, всем здесь мозги запудрили? Я не согласен!
Юмурджакова: Я вам дала право высказаться, а не кричать. Если у вас всё, присаживайтесь. Слово в защиту подсудимого предоставляется адвокату Яркину Аскольду Владимировичу.
Яркин: Вы знаете, готовясь к этому заседанию, я составил длинную и обстоятельную речь. И, честно говоря, я очень рад, что мне не понадобится её произносить. Я абсолютно согласен с уважаемой Ларисой Михайловной в том, что сегодняшнее дело многим может послужить уроком. В нашей непростой работе особенно важно мыслить, подходя к любому факту, и опираться на правду, а не на то, что пытаются за неё выдать. Спасибо вам.
Юмурджакова: Подсудимый Рогозин, вы имеете право обратиться к суду с последним словом.
Рогозин: Я вам всем б-б-благодарен... П-простите... (Садится)
Юмурджакова: Суд удаляется в совещательную комнату для вынесения приговора.

Адвокатская комната. Марта вставляет фотографии в альбом. Яркин вешает телефонную трубку.

Яркин: Звонили из больницы. Выхина только что пришла в себя. Через пару дней ей разрешат побеседовать со следователем.
Марта: А её не будут судить за вымогательство?
Яркин: Я, конечно, сделаю всё, что смогу. Пожалуй, она тоже получила неплохой урок.

В зале суда.

Верховцева: Прошу всех встать! Суд идёт.

Входит Юмурджакова.

Юмурджакова: Провозглашается приговор. Федеральный суд приговорил: Рогозина Владимира Константиновича в совершении преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 222 и ч. 2 ст. 167, то есть в незаконном приобретении боеприпасов и уничтожении чужого имущества путём взрыва, оправдать в связи с отказом государственного обвинителя от обвинения. Материалы дела вернуть в прокуратуру для повторного расследования. Меру пресечения оправданному отменить, освободить из-под стражи в зале суда. Признать право Рогозина на реабилитацию. Суд также постановил: выделить в отдельное производство материалы в отношении Колесникова Сергея Адольфовича и Коренева Романа Витальевича и направить в прокуратуру для возбуждения дела по статье "Дача ложных показаний". Приговор может быть обжалован и опротестован в десятидневный срок. Прошу садиться.

Рогозин крепко пожимает Яркину руку.

Колесников: Что значит - возбуждение дела?!
Яркин: А вы адвоката наймите, он вам всё разъяснит.
Юмурджакова: Сначала я разъясню мотивы принятого решения. Суд согласился с отказом от обвинения, поскольку возникли неустранимые сомнения в подлинности представленных улик. У оправданного не было не только средств на покупку гранаты, но не было и мотива разрушать дом, который он надеялся получить назад законным путём. Защита провела громадную работу, но и следствию, безусловно, будет над чем потрудиться. Владимир Константинович, вам понятен приговор?
Рогозин: Да, ваша честь.
Юмурджакова: Вам, потерпевший?
Колесников: Я с ним не согласен!
Юмурджакова: Вы оба имеете право обжаловать приговор в течение 10 дней. Судебное заседание окончено.

Распрощавшись с Рогозиным, Яркин остаётся один в холле на первом этаже здания суда. И тут в опустевшем помещении раздаются звуки знаменитого вальса из фильма "Мой ласковый и нежный зверь". Прислушавшись, Яркин не сразу догадывается, что это его сотовый телефон.

Яркин (достаёт мобильный): Алло? Инга? Да, я только что освободился... Да, конечно. Честное слово, дорогая, я не переутомлялся. Да-да... Глицин, конечно. Да, я съездил на Голубое озеро. Да, с Мартой. Следственный экспе... я хочу сказать, загорел шикарно. Накупался до изнеможения. Как вода? Парное молоко... (Смеётся) Инга, родная, когда же я тебе врал?! Какие планы? Да вот, ещё гражданский... тьфу, я говорю - Соковнин на рыбалку зовёт... (Довольно длинная пауза) Инга! Солнышко моё! Я ещё двадцать три года назад предупреждал тебя, что я и есть псих ненормальный!..

Вместо заключения:
Сергей Колесников подался в бега. Роман Коренев получил срок за подделку завещания, Выхина - условное наказание за вымогательство. Кто из двух приятелей причастен к покушению на заигравшуюся официантку, пока не выяснено. Рогозин опротестовал завещание и, хотя большую часть наследства можно считать безвозвратно утерянной, не жалеет об этом.

@темы: иллюстрации, дела

URL
   

Тот самый Аскольд

главная